На выставке Эмилио Греко

Мария БальдассараВыставки, знакомящие с творчеством совре­менных зарубежных художников, в последние годы стали все более частыми, однако скульп­турным экспозициям среди них отводится до­вольно скромное место. Тем больший интерес представила впервые организованная в СССР выставка работ Эмилио Греко, прошедшая с июня 1979 по январь 1980 года в Ленинграде, Волгограде, Ереване и Москве. Столь широкая ее география позволила многим тысячам наших зрителей познакомиться с творчеством одного из художников, чье искусство завоевало ши­рокое мировое признание.

 

На выставке в СССР творчество Эмилио Греко было показано различными работами, начиная от ранних, небольших по размеру, но монумен­тальных по пластике скульптур «Борец», «Пе­вец» (1947—1947), нескольких портретов — и до последней его работы «Воспоминание о лете». Такой подбор позволил представить не только разнообразие тем и жанров, но и ощутить развитие пластической мысли авто­ра, обозначающей эволюцию его творчества. Искусство Греко отличается разносторонностью тем и жанров. Он работает в области мону­ментальной и станковой пластики, им выпол­нены многочисленные медали.

 

 Помимо этого, Греко — первоклассный график. Сотни испол­ненных им в разные годы рисунков, офортов, литографий можно отнести к лучшему, что было создано в этой области современным ис­кусством. Ему принадлежат также рисунки для марок, а в последние годы он с успехом пробует себя и как театральный художник.

 

Два аспекта в значительной мере определяют характер и проблематику искусства Греко. Это органичное освоение художественного опыта прошлого в самых разнообразных его прояв­лениях, и одновременно остросовременная, порой необычайно экспрессивная интерпретация образа.

 

Гуманистическая направленность творчества скульптора делает его подлинным продолжа­телем итальянской классической традиции. Тра­диционность в широком ее понимании характе­ризует многие аспекты искусства современной Италии. И все же трудно найти другого ма­стера, который бы в своих произведениях столь естественно, как Греко, продолжил искания прошлого и столь органично соединил это прошлое с настоящим, с духовными потребно­стями сегодняшнего дня.

 

С классическим прошлым Греко в первую оче­редь связывает верность главной теме — изо­бражению обнаженного тела. В зрелый период творчества это женская фигура, пластическая идея которой выявляется в двух основных мо­тивах - сидящей (вернее, присевшей на кор­точки фигуры) и фигуры стоящей. В первом случае фигура образует единый монолитный блок, замкнутый, как бы закрытый для про­никновения извне. Вслед за языком пластики состояние этих образов обнаруживает отре­шенность от окружающего, иногда ностальги­чески грустную, а порой драматическую. Каж­дый из них живет в своем временном измере­нии, и мы неизменно ощущаем напряженный пульс их эмоциональной жизни, скрывающейся за внешне спокойной оболочкой.

 

Иначе решены и по внутреннему состоянию, и по приемам пластического языка фигуры стоящих, так называемые «Большие купаль­щицы» и «Конькобежки». В отличие от первых, они пронизаны движением, не случайно наибо­лее естественную среду они обретают в откры­том пространстве. По удачному выражению одного из критиков, эти образы рождены тем­пераментом, влюбленным в солнце.

 

Первая скульптура серии — «Большая купаль­щица № 1» (1956) —одна из наиболее изве­стных скульптур Греко, ее экземпляр установ­лен на площади в Токио. Общий замысел скульптуры полностью соответствует нашим представлениям о классической статуе, однако этим ее идея не исчерпывается.

 

Образ сложен, он возникает перед нами во взаимодействии традиционности, в непреходящем смысле этого понятия, и очень современного, почти гротеск­ного решения отдельных деталей. Подобное столкновение рождает большую остроту, при­чем характер образа раскрывается перед зри­телем в постоянной динамике — она и в самой жизни пластического тела, которое пронизано движением и напряженностью, и во множе­ственности точек зрения и ракурсов, каждый из которых обнаруживает новую, неожидан­ную грань образа. Тема «Больших купальщиц», возникшая поначалу как бы случайно, стала в результате одной из главных тем творчества мастера. Вслед за первой «Купальщицей» Эмилио Греко делает одну за другой еще не­сколько. На выставке в СССР из этой серии экспонировалась также «Большая купальщица № 3» (1957).

 

Как скульптору глубоко современному Греко не чужды черты парадоксальности. Так, скульп­туры, казалось бы, спокойные по замыслу, в действительности предельно динамичны (Большая купальщица № 1»), в то время как скульптуры, переданные в движении («Боль­шая конькобежка № 2», 1971), напротив, не­редко тяготеют к внутренней успокоенности. Придя в большое искусство самостоятельно, Греко был с самого начала свободен от каких бы то ни было догматических воззрений, не­редко навязываемых системой обучения.

 

Он шел собственным путем, беря у природы, у ху­дожественного наследия и из современного опыта лишь то, что глубоко соответствовало его поискам и мыслям. В результате родилась пластическая манера Греко 1950-х годов, в ко­торой поэзия и тяга к гармонии соединились с острым гротесковым началом. В ранние годы скульптор находит и свою главную тему — женский образ, который он многократно варьи­рует и в статуях, и в портретах, и в графиче­ских листах. Работы Греко этих лет обладают удивительной чистотой и ясностью, а их пла­стическая форма рождается и вырастает как бы на наших глазах с необычайной естествен­ностью, подобно живому дереву или цветку. Эта непосредственность искусства Греко дела­ет его понятным и очень популярным не только в Италии, но и за ее пределами, например в Японии, где у подножия Фудзиямы под от­крытым небом устроен большой музей италь­янского скульптора «Греко Гарден».

 

В начале 1960-х годов прежняя экспрессия и острота в творчестве Греко начинают смяг­чаться, постепенно его стиль обретает черты все большей классичности и пластической ве­сомости, нашедших яркое выражение в «Вос­поминании о лете» (1979). В этой второй ма­нере он исполнил многочисленные портреты, из которых наиболее известным по праву счи­тается «Мария Бальдассарре» (1967). Изяще­ство и внутренняя тонкость образа органично соединились в нем с мощной и очень свободной проработкой скульптурной массы. Примеча­тельно, что Греко вводит в портрет изображе­ние руки, аналогично тому, как это было в его ранней работе «Анна» (1954), но в контексте новых стилистических приемов эта деталь обре­тает и иное звучание.

 

Зрелая манера Греко, по всей вероятности, неотделима от опыта, приобретенного скульп­тором благодаря его педагогической деятель­ности, а также и от работы над монументаль­ными произведениями, которые занимают цент­ральное место в его творчестве 1960-х годов.

 

Мы уже упоминали о графике Греко. Он ри­совал всегда, начиная с раннего детства. Гра­фические листы Греко 1940-х годов характери­зуются широкой размашистой перовой манерой, которая очень точно фиксирует суть образа; в 1950-х годах художник начинает использо­вать перекрестную штриховку, образующую на листе густые затененные поверхности пла­стической формы — здесь, пожалуй, рука скульптора особенно заметна. Из этих двух путей вырастает зрелая графическая манера Греко 1960 —1970-х годов, которая строится на изысканно тонких контурных линиях и лег­кой штриховой сетке, как бы случайно поло­женной в определенном участке листа, с тем чтобы выявить глубину пространственной среды, круглящийся объем тела, ускользающий профиль женщины. Однако стилистический прием никогда не становился для Греко само­целью. Его рисунки, офорты, литографии — это рассказ о человеке и его чувствах. Любовь и нежность, отчаяние и грусть, ожидание и пробуждение — все это находит зримое воп­лощение в мастерски исполненных листах художника, одинаково совершенных по точ­ности и глубине эмоциональных состояний, по красоте самой формы.

 

Графику Греко отлича­ет чувство ритма, ощущаемого не только в пределах отдельного листа; биение его пуль­са перетекает из одной работы в другую. Последние легко складываются в серии, по­скольку их тематика ограничивается несколь­кими излюбленными скульптором мотивами — это может быть лежащая женская фигура, танцующая или присевшая на корточки. По­добное самоограничение в изобразительных мотивах — черта, присущая вообще итальян­ской изобразительной традиции.

 

Исполненная между 1965 и 1969 годами серия иллюстраций к Овидию знаменует высшую точку в развитии графического стиля художника. Однако это не иллюстрация в привычном понимании. Гра­фический язык и формат листов делают эти работы монументальными. Не отступая от своих любимых тем, художник создает здесь гамму новых вариаций. И все же графика Греко теснейшим образом связана с текстом Овидия внутренним духовным родством. Знакомство с творчеством Эмилио Греко от­крывает перед нами новую грань богатой художественной культуры современной Италии. Глубоко человечное искусство скульптора, многими нитями связанное с художественными идеями прошлого, свидетельствует о жизне­способности классического искусства, о плодо­творном развитии его традиций в наши дни.

 

В. Макарова

 

Последние публикации


  • Жан Кокто

    Поэт, драматург, киносценарист, либреттист, режиссер, скульптор... Трудно назвать такую творческую профессию, в которой не пробовал свои силы Жан Кокто, выдающийся деятель французского искусства.
    Подробнее
  • Сезанн от XIX к XX

    О Сезанне писали много. Современники ругали, издевались, возмущались. После смерти художника оценки стали более снисходительными, а затем и восторженными.   О жизни мастера сообщалось всегда мало. И действительно, жизнь Поля Сезанна не была богата событиями. Родился он в семье с достатком. Отец и слышать не захотел о занятиях сына живописью. Поль был послушен, сначала изучал юриспруденцию, затем сел за конторку банка и начал считать. Но творчество буквально обуревало Поля.   Он и страницы гроссбуха заполнял рисунками и стихами. Там записано, например, такое его двустишие:
    Подробнее
  • Жан Франсуа Милле век XIX

    Бескрайнее вспаханное поле. Утро. Перед нами вырастает молодой великан. Он неспешно шагает, широко разбрасывая золотые зерна пшеницы. Безмятежно дышит земля, влажная от росы. Это мир Жана Франсуа Милле...   Пытаемся догнать Сеятеля, но он уходит вперед. Мгновение - и мы бредем по тенистому, прохладному лесу. Прислушиваемся к разговору деревьев, треску хвороста, перестуку деревянных сабо... И снова мы в поле. Скирды, скирды. Жатва. Задыхаемся от жары, обливаемся потом, собирая колоски вместе с суровыми крестьянками, бронзовыми от загара.
    Подробнее

Популярное


  • Великий немой.

    Так называли кино, когда не было еще изобретена аппаратура для озвучивания фильмов. Ленты выпускались тогда в прокат беззвучными, без привычной нам звуковой дорожки, что змеится рядом с кадрами. Но на самом деле беззвучным кино никогда не было. Уже первые киноролики, отснятые изобретателями кино братьями Люмьерами, сопровождались во время показа игрой на фортепиано. И за все время, пока существовал немой кинематограф, без музыкальной иллюстрации не обходился ни один сеанс. Музыка всегда была душой немого фильма. Она одухотворяла тени на экране, безмолвно кричащие, бесшумно передвигающие, беззвучно целующиеся...
    Подробнее
  • Развитие стиля модерн в русской архитектуре конца 19 - начала 20 века.

    Стиль "модерн" возник в европейской архитектуре в последнем десятилетии 19 века как протест против использования в искусстве приемов и форм стилей прошлого. Зародился этот стиль в сфере художественной промышленности и был связан с попыткой создания новых художественных форм, осуществляемых промышленным способом. В Бельгии, Австрии и Германии появляются механизированные мастерские, предназначенные для выполнения предметов мебели и быта по эскизам художников. Из сферы прикладного искусства модерн вскоре распространяется на архитектуру и изобразительное искусство.
    Подробнее
  • «Золотой век» русского романса

    XIX век по праву считают «золотым веком» русского романса. Русский романс — действительно явление удивительное, неповторимое в своей прелести, силе чувства, искренности. Сколько красоты и правды в русском романсе! Какая глубина переживания! Одним из самых замечательных и богатых жанров русской музыки является романс, завоевавший наряду с оперой особую популярность в народе. Не только произведения великих мастеров — Глинки, Даргомыжского, Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина, Рахманинова, — но и более скромные по своему значению произведения Алябьева, Варламова, Гурилева и других авторов песен и романсов до сих пор звучат в программах певцов, пользуясь неослабевающей любовью слушателей.
    Подробнее
| Карта сайта | Контакты |