Библия Илии. Киев. 1645 - 1649. Часть вторая.

Гравюры Илии действуют непосредственно на наши чувства, будоражат глаз и душу смятенным ритмом и резким сочетанием черных и белых пятен или успокаивают их мягким сиянием белого листа бумаги. Цвет и ритм в Библии обладают такой самостоятельностью языка, которая позволяет им взять на себя весь эмоциональный заряд листа.

 

Экспрессия, выраженная графическими средствами, преобладает над сюжетом в Библии Илии. Язык его гравюр дает листу светлый или мрачный колорит, спокойный или напряженный ритм, наполняет нас ощущением хаоса или гармонии, заставляет схватить суть листа независимо от того, что в нем происходит.


Активность вселенной, активность восприятия мира художником, выраженная активностью всех средств гравюры.
Однако экспрессивный характер гравюр Илии не лишает их декоративности. Но она строится теперь не на традиционной игре орнаментальных линий, а на строгом и праздничном контрасте черного и белого.


Илия открывает в гравюре новый космический мир и новые возможности ксилографии как граверного мастерства, но держит в руках все возможности ксилографской техники. Такое чувство равновесия и материала, что это? Боязнь расстаться со старым? Или признак гениальности художника? Или просто художника, опередившего время? Очевидно, верно последнее. И самое удивительное в том, что Илия сумел привести эту двойственность искусства переходного времени не к трагедии, не к эклектике, а к гармонии. Очевидно, причина этого - глубокие народные языческие корни мировоззрения Илии, его слиянность с землей, как у Святогора-богатыря или у Ильи-пророка, имя которого он носит и, как тот, "повелевает стихиями". Эти же народные крестьянские корни его искусства определяют некоторую "неотесанную" грубоватость гравировальной манеры Илии, своеобразную "столярность", "дощатость", "топорность" его стиля, где новизна смыкается с первозданностью.


Библия Илии - рывок в изобразительном искусстве Украины и России 17 века, не имевший продолжения. Это - рывок даже в искусстве самого Илии, так как он не сумел завершить Библию, а Киево-Печерский Патерик, следующий за ней, снова сделан по-старому и известен даже в раскраске. Отголосок Библии Илии прозвучал лишь в работе его ученика Прокопия, который, почти одновременно с ним, начал гравировать Апокалипсис (1646 - 1662), первую украинскую блоковую книгу в полном смысле этого слова. Он был задуман, очевидно, как продолжение Библии. В Апокалипсисе Прокопия в полную меру звучит трагическое бессилие человека перед Богом, властителем всех стихий, а тема вселенной приобретает почти современный размах и взметенную подвижность обрушившегося мироздания.

 

Апокалипсис Прокопия - это мир мрака и хаоса, конец света в буквальном смысле слова. Так же как Библия Илии, он издан не был.


Принято считать, что Библия Илии "скопирована" с голландской Библии Пискатора. Вряд ли стоит связь Илии и Пискатора называть таким словом. Илия бесспорно знал Библию Пискатора и другие европейские Библии, использовал иногда их композиционные схемы, но это не делает его похожим на них, так же как непохожи друг на друга иконы древнерусских мастеров, выполненные по одному канону. Новое мироощущение, очевидно, совмещалось у Илии со старым, средневековым методом работы по канону, и европейская гравюра была воспринята им как новый композиционный канон, работать без которого он не мог (не привык), а пользоваться каноном в это время и на Украине, и В России считалось должным, а не предосудительным. Однако по философской глубине, графической оригинальности и мастерству Библии Илии значительно превосходит Библию Пискатора и гораздо ближе к первоисточнику (тексту Библии). Компилятивная, многоречивая, мелочная по сюжету и языку Библия Пискатора, гравированная на меди, обладает законченностью стиля рядового иллюстративного искусства. Библия Илии, несмотря на небольшой размер гравюр (11 Х 13 см), вчетверо меньший, чем размер Библии Пискатора, по своей монументальности под стать тексту Библии. А техника ксилографии, избранная Илией для воплощения истории начала мира, одна лишь могла с достаточной мерой обобщения выразить ее эпический характер. Поэтому не только о заимствовании, но даже о сопоставлении Библии Илии и гравюр разных мастеров, изданных Пискатором, не может быть и речи. Илия по праву должен занять в этом соперничестве первое место.


Своеобразие искусства Илии выступает особенно четко при сопоставлении ее с первой русской блоковой книгой - Библией Василия Кореня (1692 - 1696), которая состоит только из Книги Бытия и Апокалипсиса. Корень не ворочает мирами, и судьбы народов его не интересуют. В его Библии свет не борется с тьмой, мир творится легко и просто, повинуясь божьему слову: "Да будет свет!" Вселенная, полная света, сразу принимает раз и навсегда заданную Богом форму мироздания, а Бог в облике Ангела Света ни на минуту не покидает человека, отечески заботится о нем вплоть до убийства Авеля. Корень оправдывает Адама и Еву, созданных по образу и подобию Бога и раскаявшихся в своем преступлении; клянет богоотступника Каина, осквернившего землю завистью, убийством и ложью, и осуждает города, построенные сыном Каина. Все это рассказано просто, спокойно, ясно, орнаментально и жизнерадостно по краскам, в стиле фрески. Активная белая поверхность бумаги, весело играющая контурная линия, декоративный штрих и фантастичный цвет имеют в Библии Кореня характер специфического сказочного языка. Библия Кореня - сказка, которая преображает и украшает мир, а сам Корень - художник-волшебник, которому дана чудесная легкость деяния за его ласковую доброту ко всему живому.


Библия Илии и Библия Кореня противостоят друг другу как библия толковая, как библия украинская и библия русская и, наконец, как книги, созданные художниками не только разных индивидуальностей и темпераментов, но художниками разных творческих систем и даже как бы разных эпох. Библия Кореня вполне укладывается в рамки русского искусства 17 века. Поэтому Корень создал в свое время школу, стал родоначальником русского светского лубка. Библия Илии в искусстве России 17 века - " глас вопиющего в пустыне". От его Библии тянутся нити к искусству 20 века.


А. Сакович. 1983 г.

 

 

 

Библия Илии. Киев. 1645 - 1649. Часть первая.

 

 

 

Последние публикации


  • Жан Кокто

    Поэт, драматург, киносценарист, либреттист, режиссер, скульптор... Трудно назвать такую творческую профессию, в которой не пробовал свои силы Жан Кокто, выдающийся деятель французского искусства.
    Подробнее
  • Сезанн от XIX к XX

    О Сезанне писали много. Современники ругали, издевались, возмущались. После смерти художника оценки стали более снисходительными, а затем и восторженными.   О жизни мастера сообщалось всегда мало. И действительно, жизнь Поля Сезанна не была богата событиями. Родился он в семье с достатком. Отец и слышать не захотел о занятиях сына живописью. Поль был послушен, сначала изучал юриспруденцию, затем сел за конторку банка и начал считать. Но творчество буквально обуревало Поля.   Он и страницы гроссбуха заполнял рисунками и стихами. Там записано, например, такое его двустишие:
    Подробнее
  • Жан Франсуа Милле век XIX

    Бескрайнее вспаханное поле. Утро. Перед нами вырастает молодой великан. Он неспешно шагает, широко разбрасывая золотые зерна пшеницы. Безмятежно дышит земля, влажная от росы. Это мир Жана Франсуа Милле...   Пытаемся догнать Сеятеля, но он уходит вперед. Мгновение - и мы бредем по тенистому, прохладному лесу. Прислушиваемся к разговору деревьев, треску хвороста, перестуку деревянных сабо... И снова мы в поле. Скирды, скирды. Жатва. Задыхаемся от жары, обливаемся потом, собирая колоски вместе с суровыми крестьянками, бронзовыми от загара.
    Подробнее

Популярное


  • Великий немой.

    Так называли кино, когда не было еще изобретена аппаратура для озвучивания фильмов. Ленты выпускались тогда в прокат беззвучными, без привычной нам звуковой дорожки, что змеится рядом с кадрами. Но на самом деле беззвучным кино никогда не было. Уже первые киноролики, отснятые изобретателями кино братьями Люмьерами, сопровождались во время показа игрой на фортепиано. И за все время, пока существовал немой кинематограф, без музыкальной иллюстрации не обходился ни один сеанс. Музыка всегда была душой немого фильма. Она одухотворяла тени на экране, безмолвно кричащие, бесшумно передвигающие, беззвучно целующиеся...
    Подробнее
  • Развитие стиля модерн в русской архитектуре конца 19 - начала 20 века.

    Стиль "модерн" возник в европейской архитектуре в последнем десятилетии 19 века как протест против использования в искусстве приемов и форм стилей прошлого. Зародился этот стиль в сфере художественной промышленности и был связан с попыткой создания новых художественных форм, осуществляемых промышленным способом. В Бельгии, Австрии и Германии появляются механизированные мастерские, предназначенные для выполнения предметов мебели и быта по эскизам художников. Из сферы прикладного искусства модерн вскоре распространяется на архитектуру и изобразительное искусство.
    Подробнее
  • «Золотой век» русского романса

    XIX век по праву считают «золотым веком» русского романса. Русский романс — действительно явление удивительное, неповторимое в своей прелести, силе чувства, искренности. Сколько красоты и правды в русском романсе! Какая глубина переживания! Одним из самых замечательных и богатых жанров русской музыки является романс, завоевавший наряду с оперой особую популярность в народе. Не только произведения великих мастеров — Глинки, Даргомыжского, Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина, Рахманинова, — но и более скромные по своему значению произведения Алябьева, Варламова, Гурилева и других авторов песен и романсов до сих пор звучат в программах певцов, пользуясь неослабевающей любовью слушателей.
    Подробнее
| Карта сайта | Контакты |